Пусть сгниют на ветке - собственник сада в Абхазии рассказал, почему сортовые мандарины не везут в Россию

Представьте себе: январское солнце, горный воздух и ветки, гнущиеся под тяжестью ярко-оранжевых плодов. Вы срываете мандарин, и его сладкий взрывной сок не имеет ничего общего с тем, что лежит на наших прилавках. Возникает резонный вопрос: почему это совершенство не везут в Россию? Ответ жесток и прост: часто им просто дают сгнить на ветке.

Рай, который существует на самом деле
Это не метафора. В Абхазии, в частных садах под Гаграми или в окрестностях Сухума, до сих пор можно попасть в настоящую мандариновую сказку. Деревья, усыпанные плодами, разрешают обирать за символическую плату или просто за «спасибо». Вкус — главное откровение. Тонкая кожура отскакивает буквально одним касанием, дольки сочные, сладкие, без намёка на кислинку или пустоты. Это те самые сортовые абхазские мандарины, о которых ходят легенды. И пока туристы набирают их в корзины по 50 рублей за кило, тонны урожая так и остаются висеть, постепенно превращаясь в гниль, пишет источник. 

Горькая экономика сладких плодов
Причина первая, и главная — экономика. Сбор цитрусовых — труд тяжёлый, сезонный и низкооплачиваемый. Местная молодёжь не горит желанием целыми днями лазить по колючим деревьям за небольшие деньги, когда есть другие варианты. Рабочих из соседних регионов стало меньше, их труд тоже подорожал. Владельцу небольшого сада часто просто невыгодно организовывать сбор: затраты могут превысить возможную прибыль от продажи. Проще оставить как есть. Пусть сгниют на ветке — хоть удобрением для следующего урожая станут.

Бюрократический тупик, или «Земля? Какая земля?»
Вторая причина — юридическая. Многие мандариновые плантации в Абхазии находятся на землях, статус которых после советских времён так и не был до конца урегулирован. Нет чётких документов на землю — невозможно получить и сертификаты, необходимые для официального экспорта. Санитарные службы, фитосанитарный контроль, таможенные декларации — всё это упирается в первый пункт. Поэтому законным путём, большими партиями, вывезти эти мандарины практически нереально. Неофициально, мешками на крышах машин — да, так и везут. Но это капля в море от общего урожая.

Что в итоге?
Получается парадоксальная ситуация. В России на рынках вовсю продают «абхазские мандарины», часто являющиеся лишь удачной подделкой. А в это время в самой Абхазии настоящие, лучшие плоды падают на землю и гниют. Собственники садов разводят руками: система не работает. Туристы — единственные, кто выигрывает в этой ситуации, увозя в багажнике пять разрешённых килограммов самогода из детства. Возможно, когда-нибудь бюрократические и экономические барьеры рухнут. Но пока что сладкий символ Нового года для многих абхазских садоводов — это символ безнадёги и напрасного труда. Печально, но факт: иногда райским садам лучше оставаться просто раем для редких гостей, чем пытаться стать частью сурового рынка.