Россиянин уехал работать в Исландию за 1 млн рублей: работа не пыльная, но после его рассказа желания повторить не возникает

Миллион рублей. В Москве за эти деньги можно купить подержанный кроссовер или полгода снимать студию не в самом центре. В Рейкьявике — это месячный заработок фельдшера на скорой. Обычного парня, который когда-то ездил по вызовам за 60 тысяч и думал, что предел мечтаний — новая резина на Ладу.

Россиянин Роман уехал в Исландию не за хлебом, а за маслом. В прямом смысле. Сейчас его зарплата — 10 тысяч евро. Миллион рублей. Работа та же: скорая помощь. Только с одной деталью — он не просто фельдшер, а водитель-фельдшер. Там это две большие разницы. Если ты только лечишь, но не рулишь — 4000 евро. Сел за руль кареты — 10 000. Захотел больше денег — учись водить скорую. Никаких поблажек, только ставка.

Пыльно или нет?

Работа, со слов, не пыльная. В стране живёт меньше четырёхсот тысяч человек. Вызовов мало, бывает, за день ни одного пациента. И вот тут начинается обратная сторона миллиона. Сидеть в карете посреди геотермального рая и смотреть в окно, где вместо снега — чёрный вулканический песок. Красиво. Но после трёх лет — безысходно.

Исландия не пускает чужаков просто так. Главный фильтр — язык. Дипломы российские здесь котируются, переучиваться не надо. Но выучить исландский — задача не для слабонервных. Роман справился. Адаптировался. Начал получать свой миллион. И понял: дом есть дом.

Миф о севере

Туристу Исландия кажется фантастикой. Водопады, северное сияние, домики с цветными крышами. Жителю — унылый бетон, ветер и отсутствие солнца. Развлечений нет. Инфраструктура скучная. Деревенский уклад. Да, русскоязычное комьюнити большое, но чаепития с соотечественниками не заменяют субботнего вечера на Патриках.

Сейчас Роман откладывает. Не на дом в Рейкьявике, а на квартиру в Москве. Там, где всё родное. И пусть работа не пыльная, а деньги — сказка, желания повторить его путь не возникает. Потому что за миллион рублей в месяц он купил не счастье, а красивый пейзаж за окном. Но жить внутри открытки — то ещё испытание.