Пусть догнивают на ветке - хозяин сада в Абхазии рассказал, почему сортовые мандарины не везут в Россию

Мечта советского ребенка, которая сбывается у границ Гагры: войти в мандариновый сад. Не на плантацию, а в настоящий частный сад, где воздух густой от запаха цитрусов и эвкалиптов. Где с ветки прямо в руку падает теплый, бугристый плод. Где можно сорвать, попробовать, и сразу станет ясно — все, что лежит на наших прилавках, лишь бледная тень мандарина. Сочный взрыв, идеальный баланс сладости и кислоты. Кажется, нашел фруктовый рай. А потом звучит горькая фраза от хозяина, разглядывающего усыпанные оранжевым золотом деревья: «Пусть догнивают на ветке». И это не метафора.

Рай, в который не нужен пропуск
Добраться до таких садов несложно. Часто они прячутся в предгорных поселках. Хозяева, особенно в сезон, охотно пускают туристов за символическую плату или просто за доброе слово. Правила просты: ешь на месте сколько влезет, плати только за то, что везешь с собой. Сбор — целый ритуал. Плод нельзя срывать, его выкручивают с черешком или срезают секатором, иначе плодовая ветка «закроется» навсегда. Два часа в таком месте пролетают как пять минут. А цена на улицах курортных поселков смешная — 50-70 рублей за килограмм. Возникает резонный вопрос: почему же эти мандарины не везут в Россию тоннами?

Бюрократия против экономики
Первая преграда — человеческий фактор. Сбор мандаринов — тяжелый сезонный ручной труд. Молодежь в Абхазии не горит желанием лазить по деревьям за те деньги, которые предлагают владельцы садов. Работников не хватает катастрофически. Но даже если собрать, возникает стена посерьезнее — юридическая. Огромное количество садов — это наследственные владения без четкого юридического оформления на землю. Нет документов — нет и сертификатов, соответствия санитарным нормам. Пройти весь бюрократический путь для вывоза в Россию для небольшого хозяйства нереально и разорительно, пишет источник.

Сеть не для сортовых мандаринов
Крупные торговые сети работают по жестким регламентам: нужны объем, стабильные поставки, сертификация, товарный вид, лежкость. Местные абхазские сорта — нежные, тонкокожие, они не выдержат долгой транспортировки и лежки на складе. Их прелесть — в мгновенном употреблении. Сетям проще завезти более грубые, но транспортабельные плоды из Турции или Марокко. Вот и получается, что тонны идеальных, ароматных мандаринов остаются висеть на деревьях, пока не превратятся в коричневые мумии. Пусть догнивают на ветке — это не злоба, а констатация грустного экономического тупика.

Вывод с ароматом эвкалипта
Так что абхазский мандарин — это фрукт-мираж. Его настоящий вкус можно попробовать только там, на месте. Это гастрономическое приключение, ради которого стоит свернуть с трассы. Вывезти законно можно лишь 5 кг на человека — как драгоценный сувенир. А тонны солнечного урожая так и остаются недосягаемым сокровищем, ароматным призраком на ветках под гагрским солнцем. Может, оно и к лучшему. Хотя бы один рай на земле пока не стал товаром с штрихкодом.