Старинные имена, которые раньше считались смешными, сейчас в моде. Не портим ли мы жизнь детям?
Сегодня имя — это поле для творчества и самовыражения родителей. Звучит красиво? Необычно? Есть в инстаграме у какой-нибудь звезды? Отлично, берем! Пару веков назад такой подход вызвал бы искреннее недоумение. Имя было не украшением, а социальным шифром, меткой, которая сразу говорила о твоем происхождении. Те самые имена, которые сейчас на пике популярности, раньше могли показаться дико смешными или даже неприличными. Ирония в том, что, гоняясь за уникальностью, мы порой не задумываемся о том, какой багаж тянет за собой это «старинное и красивое» слово.
Когда Фёкла становилась Зинаидой: именной лифт
Представьте дореволюционную Россию. Дворянка по имени Агафья? Нонсенс. Крестьянка Екатерина? Сомнительно. Мир был жестко сегментирован. Крестили по святцам, но и тут была своя фильтрация. Крестьяне интуитивно обходили «княжеские» имена, выбирая что-то попроще: Фёкла, Ефросинья, Архип, Потап. Эти имена были своей, родной, «деревенской» лиги, пишет автор дзен-канала Кавычки-ёлочки.
Яркий пример — история жены поэта Некрасова. Простую девушку Фёклу, выйдя за литератора, переименовали в благозвучную Зинаиду. Так оно и пошло: Анастасии в быту становились Настасьями, Елены — Алёнами. Имя адаптировали под свою среду, будто ушивая не по размеру парадное платье. Сейчас же это платье достают из сундука и надевают, не глядя на бирку.
Имена-обереги наоборот: Неждан, Некрас, Нелюб
Это, пожалуй, самый темный лес для современного человека. Как можно назвать ребенка Некрасом? Или Нежданом? Со стороны кажется жестокостью. Но логика была иной, обережной. Славяне верили в силу слова. Чтобы отогнать злые силы или несчастье, ребенка могли назвать именем с отрицательной частицей. Некрас — значит, некрасивый, чтобы не сглазили. Неждан — нежданный, но желанный. Нелюб — чтобы, наоборот, все любили. Это была не констатация факта, а попытка обмануть судьбу. Сегодня такое имя точно стало бы поводом для визита опеки, а тогда это была распространенная практика.
Вадим — это «сеятель раздора», а не «классное редкое имя»
Многие имена, кажущиеся нам нейтральными или даже благородными, несли не самый приятный смысл. Возьмем, к примеру, Вадим. Сейчас это имя звучит солидно. А происходит оно от древнего слова «вадити» — сеять смуту, клеветать. Родители вряд ли хотели бы такой судьбы для сына. Или Богдан — «данный Богом». Казалось бы, прекрасно! Но в старину так часто называли нежеланных, «последних» детей, которых как бы «Бог дал», раз уж своих сил не хватило. Контекст — вот что теряется безвозвратно, когда мы выдергиваем имя из его исторической почвы.
Почему мы сами портим жизнь нашим детям?
Стремление выделиться похвально. Но иногда, давая ребенку имя вроде Акулина или Савватий, родители в погоне за уникальностью забывают о его носителе. Пятилетнему Савватию в саду придется десять раз объяснять, как его зовут. Подростку Агафье — выдерживать взгляды одноклассников, привыкших к Софиям и Викториям.
Старинные имена — это не просто набор букв. Это сгусток истории, сословных предрассудков и почти забытых смыслов. Выбирая такое имя, стоит на минуту представить не восторженные комментарии родни («Как необычно!»), а будни своего ребенка: первую линейку в школе, списки в поликлинике, знакомство в университете. Звучит ли это имя гармонично с отчеством и фамилией? Не превращается ли в повод для насмешек?
Возвращение старых имен — это прекрасно, это связь с корнями. Но делать это стоит осознанно, а не слепо следуя моде. Чтобы не получилось, что мы, желая как лучше, невольно портим жизнь тем, кому это имя носить каждый день.